Книга: Мир, который мы натворили
health
© Copyright 2007 www.HappyWelcome.ru                                 Контакты:  Ваше сообщение прямо на сайт или на mail@happywelcome.ru
Line

 

16. История старообрядческой церкви

Краткий очерк

(Печатается в сокращении)

 

В середине XVII века, именно в то время, когда русская церковь достигла наибольшего величия и расцвета, в ней произошел раскол, разделивший русских людей. Это печальное событие случилось в царствование Алексея Михайловича и в патриаршество Никона во второй половине XVII столетия.

 

РЕФОРМЫ ПАТРИАРХА НИКОНА И НАЧАЛО РАСКОЛА

Патриарх Никон стал вводить в русскую церковь новые обряды, новые богослужебные книги и другие новшества без одобрения собора, самовольно. Это и послужило причиной церковного раскола. Кто последовал за Никоном, тех народ стал называть «никонианами», или новообрядцами. Сами же последователи Никона, пользуясь государственной властью и силой, провозгласили свою церковь православной, или господствующей, а своих противников стали звать оскорбительной и принципиально неверной кличкой «раскольники». На них они свалили и всю вину церковного раскола. На самом же деле противники никоновских нововведений не совершали никакого раскола: они остались верны древним церковным преданиям и обрядам, ни в чем не изменив своей родной православной церкви. Поэтому они справедливо называют себя православными старообрядцами, староверами или древнеправославными христианами. Кто же явился подлинным инициатором и вождем раскола?

Патриарх Никон вступил на московский патриарший престол в 1652 году. Еще до возведения в патриархи он сблизился с царем Алексеем Михайловичем. Вместе они и задумали переделать русскую церковь на новый лад: ввести в ней новые чины, обряды, книги, чтобы она во всем походила на греческую церковь, которая давно уже перестала быть вполне благочестивой.

Гордый и самолюбивый, патриарх Никон не имел большого образования. Зато он окружил себя учеными украинцами и греками, из которых наибольшую роль стал играть Арсений Грек, человек весьма сомнительной веры. Воспитание и образование он получил у иезуитов; по прибытии на Восток он принял магометанство, затем снова примкнул к православию, а потом уклонился в католичество. Когда он появился в Москве, его отправили в Соловецкий монастырь как опасного еретика. Отсюда и взял его Никон к себе и сразу сделал главным помощником в церковных делах. Это вызвало большой соблазн и ропот в среде верующего русского народа. Но возражать Никону было нельзя. Царь предоставил ему неограниченные права в делах церкви. Никон, ободренный царем, делал что хотел, ни с кем не советуясь. Опираясь на дружбу и власть царскую, он приступил к церковной реформе решительно и смело.

Никон имел характер жестокий и упрямый, держал себя гордо и недоступно, называя себя, по примеру римского папы, «крайним святителем», титуловался «великим государем» и был одним из самых богатых людей России. К архиереям он относился надменно, не хотел их называть своими братьями, страшно унижал и преследовал остальное духовенство. Все страшились и трепетали перед Никоном. Историк Ключевский называет Никона церковным диктатором.

В старину не было типографий, книги переписывались. В России богослужебные книги писались в монастырях и при епископах особыми мастерами. Это мастерство, как и иконописание, почиталось священным и выполнялось старательно и с благоговением. Русский народ любил книгу и умел ее беречь, как святыню. Малейшая опись в книге, недосмотр, ошибка считались большой погрешностью. Вот почему сохранившиеся до нас многочисленные рукописи старого времени отличаются чистотою и красотою письма, правильностью и точностью текста. В древних рукописях трудно встретить помарки и зачеркивания. В них было меньше описок, чем в современных книгах опечаток. Замеченные в прежних книгах существенные погрешности были устранены еще до Никона, когда в Москве начала действовать типография. Исправление книг велось с большой осторожностью и осмотрительностью.

Совсем иначе повелось исправление при патриархе Никоне. На соборе в 1054 г. было решено исправлять богослужебные книги по древним греческим и древним славянским, на самом же деле исправление производилось по новым грече­ским книгам, напечатанным в иезуитских типографиях Венеции и Парижа. Об этих книгах даже сами греки отзывались как об искаженных и погрешительных.

Таким образом, деятельность Никона и его единомышленников свелась не к исправлению древних книг, а к их изме¬нению, а точнее говоря, — к порче. За изменением книг последовали и другие церковные нововведения.

Наиболее важными изменениями и нововведениями были следующие:

1. Вместо двоеперстного крестного знамения, которое было принято на Руси от греческой православной церкви вместе с христианством и которое является частью святоапостольского предания, было введено троеперстие.

2. В старых книгах, в согласии с духом славянского языка, всегда писалось и выговаривалось имя Спасителя «Исус», в новых книгах это имя было переделано на грецизированное «Иисус».

3. В старых книгах установлено во время крещения, венчания и освящения храма делать обхождение по солнцу в знак того, что мы идем, за Солнцем-Христом. В новых книгах введено обхождение против солнца.

4. В старых книгах, в Символе Веры (VIII член), читается: «И в Духа Святаго Господа истиннаго и животворящаго», после же исправлений слово «истиннаго» было исключено.

5. Вместо «сугубой», т. е. двойной аллилуйи, которую тво­рила русская церковь с древних времен, была введена «трегубая» (тройная) аллилуйя.

6. Божественную литургию в Древней Руси совершали на семи просфорах, новые «справщики» ввели пятипросфорие, т. е. две просфоры исключили.

Эти изменения церковных узаконений, преданий и обрядов не могли не вызвать резкий отпор со стороны русских людей, свято хранивших древние святые книги и предания.

Кроме самого факта изменения древних книг и обычаев церковных, резкое сопротивление в народе вызвали те меры, с помощью которых патриарх Никон и поддерживающий его царь насаждали эти нововведения. Жестоким гонениям и каз­ням подвергались русские люди, совесть которых не могла согласиться с церковными нововведениями и искажениями. Многие предпочитали умереть, чем предать веру своих отцов и дедов.

Патриарх Никон начал свои реформы с отмены двоеперстного сложения. Вся русская церковь творила тогда крестное знамение двоеперстием: три пальца (большой и два последних) складывали православные христиане во имя Святой Троицы, а два (указательный и великосредний) – во имя двух естеств во Христе: божеского и человеческого. Так складывать пальцы для выражения главных истин православной веры учила и древняя греческая церковь. Двоеперстие идет с апостольских времен. Святые отцы свидетельствуют, что и Сам Христос благословлял своих учеников именно таким перстосложением. Никон же отменил его. Он сделал это самовольно, без соборного решения, без согласия церкви и даже без совета с каким-либо епископом. В то же время он приказал знаменоваться троеперстием: складывать первые три перста во имя св. Троицы, а два последние «иметь праздными», т.е. ими ничего не изображать. Христиане говорили: новый патриарх упразднил Христа.Троеперстие было явным новшеством. Оно незадолго до Никона появилось у греков, они же привезли его и в Россию. Ни один святой отец и ни один древний собор не свиде­тельствуют о троеперстии. Поэтому русские люди не хотели его принимать. Кроме того, что в нем не изображаются два Христова естества, еще и неправильно изображать на себе крест тремя перстами во имя св. Троицы, не исповедуя в них человеческого естества Христа. Выходит, будто св. Троица была распята на кресте, а не Христос по своему человечеству. Но Никон ни с какими доводами не думал считаться. Воспользовавшись прибытием в Москву антиохийского патриарха Макария и других иерархов с Востока, Никон предложил им высказаться в пользу нового перстосложения. Они написали следующее: «Предание прияхом с начала веры от святых апостол и святых отец, и святых седьми соборов творити знамение честнаго креста тремя первыми перстами десныя руки. И кто от христиан православных не творит крест такого, по преданию восточныя церкви, еже держа с начала веры даже до днесь, есть еретик и подражатель арменов. И сего ради имамы его отлучена от Отца и Сына и Св. Духа, и проклята» .

Подобное осуждение сначала было провозглашено в присутствии множества народа, затем изложено письменно и напечатано в изданной Никоном книге «Скрижаль». Как громом поразили русский народ эти безрассудные проклятия и отлучения.

Русский благочестивый народ, вся русская церковь не могли согласиться с таким крайне несправедливым осужде¬нием, провозглашенным Никоном и его единомышленниками – греческими архиереями, тем более, что они говорили явную неправду, будто бы и апостолы, и св. отцы установили троеперстие. Но Никон не остановился на этом. В книге «Скрижаль» к только что приведенным он добавил новые осуждения. Он дошел до того, что стал хулить двоеперстие как якобы заключающее в себе страшные «ереси и нечестие» древних еретиков, осужденных вселенскими соборами (ариан и несторпан).

В «Скрижали» преданы проклятию и анафеме православные христиане и за то, что исповедуют в символе веры Духа Святого истинным. В сущности, Никон и его помощники проклинали русскую церковь не за ереси и погрешности, а за совершенно православное исповедание веры и за древние церковные предания. Эти действия Никона и его единомышленников сделали их в глазах русского благочестивого народа еретиками и отступниками от святой церкви.

 

ПРОТИВНИКИ НИКОНА

Реформаторская деятельность Никона встретила сильную оппозицию со стороны видных духовных деятелей того времени: епископа Павла Коломенского, протопопов — Аввакума, Иоанна Неронова, Даниила из Костромы, Логгина из Мурома и других. Эти лица пользовались в народе огромным уважением за их пастырскую деятельность. Протопопы Иоанн Неронов и Аввакум обладали большим даром слова. Они умели говорить просто и ясно, горячо и вдохновенно. Они не стеснялись говорить правду в глаза сильным мира сего, обличали пороки и преступления властей, были прямодушными и честными, нисколько не заботились о своих личных выгодах, служили Церкви и Богу со всей преданностью, искренней и пламенной любовью, всегда были готовы пойти на страдание и мучение за дело Христово, за правду Божию. В устных проповедях, в письмах они смело обличали всех виновников церковных нововведений, не останавливаясь ни перед патриархом, ни перед царем. Но последние не вняли голосу ревностных и благочестивых подвижников святой веры.

Верные и стойкие поборники церковной старины вскоре подверглись жестоким мучениям и казням по приказам патриарха Никона и царя Алексея Михайловича. Первыми мучениками за правую веру были протопопы Иоанн Неронов, Логгин, Даниил, Аввакум и епископ Павел Коломенский. Они были высланы из Москвы в первый год реформаторской деятельности Никона (1653—1654 гг.).

На соборе 1654 года, созванном по вопросу о книжном поправлении, епископ Павел Коломенский мужественно заявил Никону: «Мы новой веры не примем», за что без соборного суда был лишен кафедры. Прямо на соборе патриарх Никон собственноручно избил епископа Павла, сорвал с него мантию и велел немедленно отправить в ссылку в монастырь. В монастыре епископ Павел был подвергнут тяжелым мучениям и, наконец, сожжен в срубе.

Народ говорил, что на первосвятительском престоле воссел патриарх-мучитель и убийца. Никон начал свои реформы не с благословения Божьего, а с проклятий и анафем, не с молитвы церковной, а с кровопролития и убийства. Все трепетали перед ним, и никто из епископов уже не посмел выступить с мужественным словом обличения. Робко и молчаливо они соглашались с его требованиями и распоряжениями. Никон недолго пробыл на патриаршем престоле, всего семь лет. Своим властолюбием и гордостью он сумел оттолкнуть от себя всех. Произошел у него разрыв и с царем. Никон вторгался в дела государства, возмечтал даже стать выше царя и полностью подчинить его своей воле. Алексей Михайлович стал тяготиться Никоном, охладел к нему и лишил его прежнего внимания и дружбы. Тогда Никон задумал воздействовать на царя угрозой, что ему раньше удавалось. Он решил публично отречься от патриаршества, рассчитывая на то, что царь будет тронут его отречением и станет упрашивать не покидать первосвятительского престола. Никон хотел воспользоваться этим и потребовать от царя, чтобы тот повиновался ему во всем, поставив царю условием, что только в этом случае он останется на патриаршем престоле. Тут же на амвоне Никон снял с себя архиерейское облачение, надел черную мантию и монашеский клобук, взял простую клюку и вышел из собора. Царь, узнав об уходе патриарха с престола, не стал удерживать его.

Бегство Никона с патриаршего престола внесло новое расстройство в церковную жизнь. Царь по этому случаю созвал собор в Москве в 1660 г. Собор решил избрать нового патриарха. Но Никон разразился бранью на этом соборе, обозвал его «бесовским сонмищем». В своем монастыре он держал себя властно и возмутительно: совершал рукоположения, осуждал и проклинал архиереев, предал проклятию и царя со всем его семейством. Царь и архиереи не знали, что делать с Никоном.

В это время в Москву с Востока прибыл греческий митрополит Паисий Лигарид.

Лигарид был тайный иезуит, получивший воспитание в Риме. Восточные патриархи за его иезуитство предали его проклятию и лишили сана. В Москву Паисий Лигарид прибыл с подложными грамотами и сумел обмануть паря и снискать к себе его доверие. Этому ловкому и изворотливому человеку и было поручено дело Никона. Паисий сразу стал во главе всех церковных дел в России. Он заявил, что Никон «должен быть проклят как еретик» и что для этого нужно созвать в Москве большой собор при участии восточных патриархов. Никон знал, кем был Лигарид, и беспомощно ругал его, называя «вором», «нехристем», «собакой», «самоставленником», «мужиком». С Востока были получены достоверные сообщения, что Паисий Лигарид действительно католик, состоит на службе у римского папы и что восточные патриархи низвергли его и прокляли. Но так как царю не на кого было опереться в борьбе с Никоном, то Паисий Лигарид все таки остался управителем церкви.

Собор 1666 г. признал Никона виновным в самовольном бегстве с кафедры и в других преступлениях. Патриархи называли его «лжецом», «обманщиком», «мучителем», «убийцей», сравнивали его с сатаной, говорили, что он «даже хуже сатаны», признали его еретиком за то, что он приказал не исповедовать воров и разбойников перед смертью. Никои не остался в долгу и обзывал патриархов «самозванцами», «турецкими невольниками», «бродягами», «продажными людьми» и т. п. В конце концов, собор лишил Никона священного сана и сделал простым монахом.

Изменил Никон и своим нововведениям. Еще будучи на патриаршем престоле, он говорил иногда, что «старые служебники добры» и по ним «можно служить службу Божию». Уйдя же с престола, он совсем позабыл о своих реформах. Более того. Он начал издавать книги в монастыре согласно со старопечатными. Этим возвращением к старому тексту Никон как бы вынес суд над собственной книжной реформой. Тем самым он фактически признал ее ненужной и бесполезной.

Реформа Никона, посягнувшая на старую веру и расколовшая единство русского народа, по существу была не только не нужной, но и вредной.

Никон скончался в 1681 г. не примиренным ни с царем, ни с архиереями, ни с церковью.

 

СУД НАД РУССКОЙ ЦЕРКОВЬЮ

Низложив Никона, собор избрал на его место нового патриарха — Иоасафа, архимандрита Троице-Сергиевой лавры. Затем собор приступил к решению вопросов, вызванных церковной реформой. Всеми делами на соборе направлял Паисий Лигарид. От него нельзя было ожидать, что он станет на защиту старой веры. Нельзя было ожидать этого и от восточных патриархов, так как никоновская реформа проводилась в согласии с греческими новыми книгами. С присоединением Украины к Москве стало сказываться юго-западное влияние. В Москву понаехало множество монахов, учителей, политиков и разных дельцов. Все они были в сильной степени заражены католицизмом, что не помешало им приобрести большое влияние при царском дворе. Паисий Лигарид вел в это время переговоры с католическим Западом о соединении русской церкви с римской. Он пытался склонить к этому и восточных патриархов. Русские же архиереи во всем были послушны царю. В такое-то время и состоялся собор по делу никоновской реформы. Собор одобрил книги новой печати, утвердил новые обряды и чины и наложил страшные проклятия и анафемы на старые книги и обряды. Двоеперстие собор объявил еретическим, а троеперстие утвердил на вечные времена как вели¬кий догмат. Проклял тех, кто в символе веры исповедует Духа Святаго истинным. Проклял и тех, кто будет совершать службу по старым книгам. В заключение собор изрек: «Если кто не послушает нас или начнет прекословить и противиться нам, то мы такового противника, если он — духовное лицо, извергаем и лишаем всякого священнодействия и бла­годати и предаем проклятию; если же это будет мирянин, то такового отлучаем от св. Троицы, Отца и Сына и Святаго Духа, и предаем проклятию и анафеме как еретика и непокорным и отсекаем, как гнилой уд. Если же кто до самой смерти останется непокорным, то таковой и по смерти да будет отлучен, и душа его пребудет с Иудой-предателем, с еретиком Арием и с прочими проклятыми еретиками. Скорее железо, камни, дерево разрушатся, а тот да будет не разрешен во веки веков. Аминь».

Эти ужасные проклятия возмутили даже самого Никона, привыкшего проклинать православных христиан. Он заявил, что они положены на весь православный народ и признал их безрассудными.

Чтобы заставить русский благочестивый народ принять новую веру, новые книги, собор благословил подвергать ослушников соборных определении тягчайшим казням: заточать их в тюрьмы, ссылать, бить говяжьими жилами, отрезать уши, носы, вырезывать языки, отсекать руки.

Все эти деяния и определения собора внесли еще большую смуту в умы русских людей и усугубили церковный раскол.

 

НАДЕЖДЫ НА ВОССТАНОВЛЕНИЕ ДРЕВЛЕПРАВОСЛАВНОЙ ВЕРЫ

Раскол русской церкви совершился не сразу. Определения собора были настолько ошеломляющими, в них было так много безумия, что русский народ счел их за дьявольское наваждение. Многие думали, что царь обманут приезжими греками и западниками, и верили, что он рано или поздно распознает этот обман и возвратится к старине, а обманщиков прогонит от себя. Что же касается архиереев, участвовавших на соборе, то о них составилось убеждение, что они не тверды в своей вере и, боясь царской власти, готовы веровать так, как прикажет царь. Один из наиболее бескомпромиссных приверженцев новой веры, чудовский архимандрит Иоаким (впоследствии патриарх Московский) откровенно заявил: «Я не знаю ни старой веры, ни новой, но что велят начальницы, то я готов творить и слушать их во всем».

В течение 15-ти лет после собора шли пререкания между сторонниками старой веры и новой, между представителями древней народной церкви и представителями новой, царской. Защитники старины надеялись, что еще можно уладить возникший раздор, что государственная власть одумается и вернется к святой старине. Протопоп Аввакум слал царю Алексею Михаиловичу одно послание за другим и призывал его к покаянию. Этот протопоп-богатырь горячо и вдохно¬венно убеждал царя, что в древнем православии, которое так немилостиво проклято собором, нет ничего еретического. «Мы содержим истинную и правую веру, умираем и кровь свою проливаем за Церковь Христову».

Царя просили назначить всенародное состязание с духовными властями: пусть видят и слышат все, какая вера истинная — старая или новая.

Царь Алексей Михайлович не внял этим просьбам и мольбам. После его смерти царский престол занял его сын Федор Алексеевич. Защитники и исповедники древнецерковных преданий обратились к новому царю с горячей мольбой — вернуться к вере благочестивых и святых предков. Но и эта мольба не имела успеха. На все челобитные церковных пастырей, жаждавших мира и единства церковного, правительство отвечало ссылками и казнями.

 

ГОНЕНИЕ НА ДРЕВЛЕПРАВОСЛАВНЫХ ХРИСТИАН

Ссылки и казни последовали тотчас же после собора. Знаменитые защитники древлеправославного благочестия: протопоп Аввакум, священник Лазарь, диакон Феодор, инок Епифаний — были сосланы на дальний Север и заточены в земляную тюрьму в Пустозерске (Архангельская область). Они были подвергнуты (за исключением Аввакума) еще особой казни: им вырезали языки и отсекли правые руки, чтобы они не могли ни говорить, ни писать в обличение своих гонителей. Более 14-ти лет пробыли они в мучительном заточении — в сырой яме. Но никто из них не поколе¬бался в правоте своей веры. Благочестивый народ чтил этих исповедников как непреоборимых воинов Христовых, как дивных страстотерпцев и мучеников за святую веру. Пустозерск стал святым местом. По на стоянию нового патриарха Иоакима пустозерские страдальцы были преданы сожжению ни костре. Казнь последовала в пятницу, в день страстей Христовых, 14 апреля 1682 г. Всех их вывели на площадь, где был устроен сруб для сожжения. Бодро и радостно взошли они на костер. Толпа людей, сняв шапки, молча окружила место казни. Подожгли дрова, и костер запылал. Священномученик Аввакум обратился к народу с прощальным словом. Подняв высоко сложенную в двуперстие руку, он провозгласил «Вот будете этим крестом молиться, вовеки не погибнете». Когда мученики сгорели, народ бросился к костру собирать святые кости, чтобы разнести их йотом по всей русской земле.

Мучения и казни совершались и в других местах московского государства. За шесть лет до сожжения пустозерских узников были преданы мучительной смерти сотни преподобных отцов и исповедников славной Соловецкой обители. Эта обитель вместе с другими монастырями и скитами русской церкви отказалась принять новые никоновские книги. Соловецкие иноки решили продолжать службу Божию по старым книгам. Они написали государю в течение нескольких лет пять челобитных (прошений), в которых умоляли царя только об одном: разрешить им оставаться в прежней вере.

В ответ на все просьбы и мольбы смиренных иноков царь послал в Соловецкий монастырь военную команду, чтобы силою заставить убогих старцев принять новые книги. Иноки не пустили к себе стрельцов и затворились в обители за толстыми каменными степами, как в крепости. Царские войска осаждали Соловецкий монастырь в течение восьми лет (с 1668 по 1676 г.). Наконец, в ночь па 22 января 1676 г. стрельцы ворвались в обитель, и началась страшная расправа с жителями монастыря. Было замучено до 400 человек: одних повесили, других порубили на плахах, третьих утопили в проруби. Вся обитель была залита кровью святых страдальцев. Они умирали спокойно и: твердо, не просили ни милости, ни пощады. Только 14 человек случайно уцелело. Тела убитых и разрубленных мучеников лежали с полгода неубранными, пока не пришел царский указ — предать их земле. Разгромленная и разграбленная обитель была заселена присланными из Москвы монахами, принявшими новую правительственную веру и новые никоновские книги.

Немало было замучено в то время исповедников старой веры: одних засекли плетьми, других уморили голодом в тюрьмах, третьих предали сожжению.

 

БЕГСТВО ЦЕРКВИ В ПУСТЫНИ И ЛЕСА

Положение христиан в России в XVII столетии во мно­гом было похоже на положение христиан в Римской империи. Как тогда христиане из-за сильных гонений со стороны языческих властей вынуждены были скрываться в катакомбах, в загородных пристанищах, так и русским людям, православным христианам XVII века, пришлось бежать в пустыни и леса, скрываясь от преследований со стороны государственных и церковных властей.

По настоянию московского патриарха Иоакима царевна Софья в 1685 г. издала против старообрядцев 12 грозных статей. В них старообрядцы обзываются «ворами», «раскольниками», «противниками церкви» и караются страшными казнями. Если кто тайно будет содержать старую веру, того бить кнутом и ссылать в отдаленные места. Приказано бить кнутом и батогами даже тех, кто окажет хотя какую-нибудь милость старообрядцам: дадут им или поесть, или только испить воды. Установлено было ссылать и бить кнутом и таких людей, у которых старообрядцы только приютились. Все имущество старообрядцев было приказано отбирать и отписывать великим государям. От этих тяжких наказаний, разорений и смерти могло спасти гонимых христиан лишь полное отречение от старой веры и рабская покорность всем приказаниям властей. От всех русских людей требовалось верить так, как приказывало новое начальство. В этом же узаконении Софьи была статья, которая гласила: если кто из старообрядцев перекрещивал крещеных в новой церкви и, если он даже и раскается, исповедуется в том отцу духовному и искрение пожелает причаститься, то его, исповедав и причастив, все-таки «казнить смертию без всякого милосердия».

Правительство жестоко преследовало людей старой веры: повсюду горели костры, сжигали сотнями и тысячами людей, резали языки, рубили головы, ломали клещами ребра, четвертовали; тюрьмы, монастыри и подземелья были переполнены страдальцами за святую веру. Духовенство и гражданское правительство беспощадно истребляли своих же родных братьев — русских людей. Никому не было пощады: убивали но только мужчин, но и женщин, и даже детей. Великие страдальцы – русские православные христиане – явили необычайную силу духа в это ужасное время. Хотя некоторые из них в конце концов отступили от истинной веры, не выдержав пыток и гонений, многие пошли на смерть смело и решительно.

Огромное большинство преследуемых христиан бежали в пустыни, леса, в горы, где заводили себе приют. Но и там их отыскивали, жилища разоряли, а самих приводили к духовным властям для увещаний и, если они не изменяли своей вере, предавали мучениям и смерти. Через четыре года после узаконения статей Софьи патриарх Иоаким издал указ: «Смотреть накрепко, чтобы раскольники не жили в волостях и в лесах, а где объявятся — самих ссылать, пристанища их разорять, имущество продавать, а деньги присылать в Москву».

Чтобы спастись от преследовании и пыток, русские люди стали себя сжигать. «Нет нигде места, – говори они, – только и уходу, что в огонь да в воду». Во многих местах, где ждали гонителей и мучителей, заранее приготовлялись срубы для самосожжений и приспосабливались к этому отдельные избы, часовни, церкви, просмоленные и обложенные соломой. Как только приходило известие, что идут сыщики и гонители, народ запирался в приготовленное к сожжению здание и при появлении гонителей заявлял им: «Оставьте нас, или мы сгорим». Бывали случаи, что гонители уходили, и тогда самосожжения не происходило. Но в большинстве случаев преследуемые погибали: до такого отчаяния довели верующих христиан беспощадные преследования, жестокие пытки и мучения.

Более двухсот лет пребывало старообрядчество в гонениях. Они временами то ослабевали, то снова усиливались, но никогда не прекращались. Царь Петр I провозгласил принцип веротерпимости в государстве. Им широко воспользовались в России разные вероисповедания; римско-католическое, протестантское, магометанское, иудейское. И только одни старообрядцы не имели свободы в родном отечестве. В царствование Петра их уже не сжигали массами, но отдельные случаи сожжения и других смертных казней были не редки. Царь Петр дозволил старообрядцам открыто жить в городах и селениях, но обложил их двойным налогом. Брали налог с каждого мужчины за ношение бороды, брали с них штраф и за то, что священники совершали у них духовные требы. Словом, старообрядцы были источником доходов и для правительства, и для духовенства. Однако никакими гражданскими правами в государстве они не пользовались. Старообрядцы делились на так называемых «записных» и «незаписных». Записными назывались те, кто состоял на особом учете и платил двойной налог; незаписные жили тайно, их довили и ссылали на каторгу как врагов церкви и государства, несмотря на то, что они были самыми верными сынами своего отечества.

Весьма тяжело жилось русским православным людям при этом царе. В таком же положении они находились и при преемниках Петра. Только в царствование Екатерины II (1762— 1796) старообрядцы вздохнули несколько свободнее. Но к концу царствования Александра I опять начали появляться указы, стесняющие духовную жизнь старообрядчества. При царе Николае I (1825—1855) старообрядцы жестоко преследовались. Только события, связанные с революцией 1905 го¬да, дали старообрядцам возможность открыто устраивать в родном отечестве крестные ходы, иметь колокольный звон, организовывать общины. Но до самого 1917 г. старообрядцы так и не получили полной религиозной свободы. Не было признано их священство, не были отменены статьи уголовного закона, карающие за присоединение новообрядцев к старообрядчеству, им не было разрешено открыто проповедовать свою веру, занимать ответственные административные должности, не дано было право старообрядческим учителям преподавать в общих народных школах.

 

ДУХОВНЫЕ ЦЕНТРЫ

Духовными центрами старообрядчества назывались такие поселения, где сосредоточены были духовные силы церкви, и где была возможность осуществлять духовную деятельность. Это были преимущественно монастыри и скиты.

Из Москвы и других крупных городов христиане вынуждены были бежать на далекие окраины России, часто и совсем не заселенные места. Где они оседали, сейчас же в той местности создавались монастыри и скиты, которые становились источником духовной жизни. Отсюда шло руководство церковью, из монастырей рассылались священники на приходы. Отсюда же посылалось св. миро, здесь составлялись всякого рода послания к христианам, писались сочинения в защиту старообрядчества, воспитывались и самые защитники и проповедники древлеправославной веры. В некоторых местах возникало много скитов и монастырей – по нескольку десятков, с многими сотнями иночествующих подвижников. Они объединялись под руководство наиболее крупного и авторитетного монастыря. Таких духовных центров в старообрядчестве было несколько. Наиболее прославились своей церковной деятельностью следующие центры: Керженец, Стародубье, Ветка, Иргиз и Рогожское кладбище в Москве.

 

РАЗДЕЛЕНИЯ В СТАРООБРЯДЧЕСТВЕ

Реформа патриарха Никона и последовавшие затем страшные гонения породили в умах тогдашнего верующего народа тревогу и брожение. Многие христиане стали думать, что пришли последние времена и что скоро наступит конец мира. Такое настроение усиливалось и другими обстоятельствами. В 1754 г. в России свирепствовало моровое поветрие: многие города опустели, оставшиеся в живых люди разбрелись в разные места, умерших от чумы хоронить было некому, трупы разлагались, заражая воздух зловонием и еще сильнее распространяя заразу. Некоторые деревни вымирали поголовно; поля оставались незасеянными; в стране царил голод, цены поднялись необычайно, К тому же рано ударили сильные морозы, пронеслись страшные бури, поля повыбивало градом... Все это до такой степени подействовало на верующих людей, что многие из них признали в этих грозных явлениях начало Страшного суда Божия. Народ по ночам молился, женщины и дети плакали, некоторые заживо ложились и гроба, ожидая скорого Христова пришествия. Но так как перед концом мира, по Священному Писанию, должен явиться антихрист, то некоторые христиане того времени стали указывать на Никона как на антихриста, выискивая в нем признаки последнего.

Но так как и после Никона гонения на христиан-старообрядцев не прекращались, то многие продолжали верить, что действительно наступили последние времена. В среде гонимых христиан появилось новое представление об антихристе: его нужно понимать духовно, антихриста как особой личности не будет, и царство антихриста уже наступило. Это новое учение об антихристе вызвало в старообрядческой церкви разделение, которого, может быть, и не последовало бы, если бы старообрядцы имели возможность беспрепятственно собираться для обсуждения церковных вопросов и приходить к единомыслию в их решении. Но им приходилось скрываться в лесах и пустынях, жить среди лишений, бедствий и несчастий. Поэтому они и не могли предотвратить разделение и своей родной церкви.

Вместе с новым понятием об антихристе возникло и новое учение о священстве. Некоторые из старообрядцев стали учить, что священство окончательно прекратилось и безвозвратно погибло: не стало истинных священников, все они стали слугами антихриста. Таким образом, в старообрядческой среде стало оформляться течение, которое получило название «беспоповства».

 

ЕДИНОВЕРИЕ

Между старообрядчеством и новообрядческой церковью существовала особая переходная церковь, так называемая единоверческая. Она была подчинена архиереям новообрядческой церкви, но совершала службы по старым книгам и все обряды, церковные чины и обычаи имела старообрядческие. Принадлежащие к этой церкви христиане назывались единоверцами.

В настоящее время единоверческая церковь практически прекратила свое самостоятельное существование, слившись с новообрядческой.

 

БЕЛОКРИНИЦКАЯ ИЕРАРХИЯ

Гонения на старообрядцев длились уже около 200 лет, то ослабевая, то снова усиливаясь, приобретя особо жестокий характер при Николае I. Поэтому старообрядцы не считали возможным устраивать архиерейскую кафедру в России, где недремлющее око властей зорко следило за появлением даже дозволенных священников.

Старообрядцы, принимавшие священников от новообрядческой церкви, постоянно стремились к тому, чтобы восстановить спою трехчинную иерархию. Наконец, эти надежды сбылись. 28 октября 1846 г. присоединился к старообрядчеству Босно-Сараевский митрополит Амвросий. Это важнейшее в летописях старообрядчества событие произошло в Белой Кринице, в Австрии. Этим событием завершился трудный путь искания старообрядцами своего епископа, который и возглавил вдовствующую старообрядческую церковь, дав ей полноту трехчинной иерархии.

Присоединение митрополита Амвросия к старообрядчеству было большим торжеством Церкви Христовой. Русское правительство принимало все меры к тому, чтобы уничтожить Белокриницкую иерархию. Оно не ограничилось одними только гонениями, были пущены в ход и разного рода нелепые слухи, вымыслы и клевета против старообрядческой иерархии и против самого митрополита Амвросия. Защитники старообрядческой церкви не имели в то время возможности своевременно и повсюду опровергать эти низкие клеветы, так как тогда строжайше воспрещалось что-либо печатать в защиту старообрядчества. Воспрещалась старообрядцам и собираться для обсуждения своих неотложных церковно-общественных вопросов, для выяснения своих сомнений и недоразумений. Поэтому, как ни вздорны были эти слухи и вымыслы, они кое-где имели успех: легковерные люди поверили им. Вследствие этого некоторые старообрядческие приходы не приняли Белокриницкой иерархии.

Митрополит Амвросий поставил себе преемников: митрополита Кирила и других епископов в Австрии, а митрополит Кирил поставил на Москву архиепископа Антония (Шутова).

Так была основана Московская Старообрядческая Архиепископия в 1853 г. Из-за жестоких гонений при царском правительстве, а затем из-за богоборчества и насильственной коллективизации 20—30-х годов старообрядцы во множестве бежали за границу. Их потомки сейчас живут в Австралии, Канаде, США, Аргентине, Бразилии и других странах. Особенно много старообрядцев в Румынии, где имеется самостоятельная старообрядческая митрополия. В настоящее время во главе ее стоит митрополит Тимон.

Библиотека журнала «Церковь»
Издание старообрядческой Митрополии московской и всея Руси, 1991 год

 

НАВЕРХ

реклама, обмен ссылками:

 

Error. Page cannot be displayed. Please contact your service provider for more details. (4)


LiveSites: Каталог сайтов.
dating sites my space.com
статистика посещений